Вторжение в Афганистан: разминка, превратившаяся в пытку

Афг-2

 

25 декабря 1979 года Советский Союз ввел войска в Афганистан, положив начало изматывающей и совершенно бесполезной войне, которая длилась более девяти лет и через которую прошло более 600 тысяч жителей СССР. По официальным данным, в ней погибло от 14 до 15 тысяч советских солдат и гражданского персонала, но есть все основания считать, что в действительности число жертв было гораздо выше. Точных данных по числу погибших афганцев нет. Имеющиеся оценки колеблются от 600 тысяч до 2 миллионов.

Война носила ярко выраженный многосторонний характер, в которой Советский Союз поддерживал марксистскую Народно-демократическую партию Афганистана (НДПА), которая позиционировала себя как "законное" правительство страны, но контролировала при этом лишь около 20 процентов ее территории, включая Кабул. Противостояло НДПА множество военно-политических и племенных союзов, среди которых наиболее крупными были Пешаварская семерка (альянс семи суннитских моджахедских группировок), Шиитская восьмерка, и несколько маоистских объединений. За этой армадой фракций стояло полтора десятка государств, в том числе США, Пакистан, Египет и Китай, у каждого из которых была своя повестка дня. В этом плане Афганистан стал ареной среднеазиатской малой мировой войны, на которой отрабатывались милитаристские технологии будущих военных действий, впоследствии поразивших целый ряд мусульманских стран.

 

Афг-1

 

Почему СССР вторгся в Афганистан? В конце 70-х бразды правления государством рабочих и крестьян цепко держало одиозное коммунистическое формирование под названием "Политбюро КПСС". Оно представляло из себя своего рода совет из 14 номенклатурных старейшин, самому молодому из которых было всего под 60 лет. Вождь совета старейшин Леонид Брежнев с трудом ворочал языком, но понимал, что лозунгами и сводками об успехах советской экономики холодную войну с США не выиграешь. Путем к триумфу в историческом противостоянии с Западом ему представлялись геополитические победы и расширение сферы советского влияния. Поэтому, как только появлялась возможность сунуться в какую-нибудь страну третьего мира – Анголу, Никарагуа или Южный Йемен, – Кремль туда и совался.

Афганистан оказался особенно заманчивой целью. Во-первых, он находился под боком и, в отличие от той же Анголы, туда можно было комфортно въехать на танках и БТР. Во-вторых, сработала российская ментальность: хватай то, что плохо лежит. Следуя этой же максиме, Кремль нынешнего образца умыкнул Крым и пытается подрезать у Украины Донбасс.

Афганистан же "лежал" просто безобразно. История этой страны в 70-е годы походила на сюжет сериала-боевика, где сначала герой убивает злодея, а потом сам становится злодеем; в следующей серии его убивает новый герой, которого потом тоже убивают – и так в каждой серии. В 1973 году был свергнут Захир-шах – король Афганистана, – и к власти пришел так называемый Центральный комитет Республики Афганистан, во главе которого находился Мухаммед Дауд, родственник бывшего монарха. В апреле 1978 года в результате военного переворота он был свергнут и убит. У кормила власти пристроилась НДПА под руководством человека по имени Нур Мохаммад Тараки. Он продержался до сентября 1979 года, когда был убит по приказу Хафизуллы Амина – своего соратника по партии, который стал новым лидером страны.

На фоне этих переворотов крепла оппозиция в лице многочисленных племенных, религиозных и маоистских группировок, и Афганистан трещал по швам. Удержаться у власти НДПА могла, только испросив финансовую и военную поддержку Кремля, которую он ей с готовностью и в полном объеме предоставил, как в свое время Кубе. Правда, кандидатура Амина Политбюро и лично Брежневу, который симпатизировал Тараки, не приглянулась, и было принято решение уничтожить его, заменив на Бабрака Кармаля.

Для войны была и еще одна мотивация. Министр обороны СССР Дмитрий Устинов, который сам в боевых действиях ни разу в жизни участия не принимал, несмотря на звание маршала, резонно полагал, что армию надо поддерживать в должной форме. После вторжения в Чехословакию прошло уже 11 лет, и настало время проверить всю советскую военную машину в одном большом деле – дать "воину-освободителю" возможность размяться и понюхать настоящего пороха.

 

123

 

Незнакомство с афганскими ментальными, культурными, религиозными и политическими реалиями превратило разминку в пытку, а затем и полную катастрофу. Номенклатурные старцы не сообразили, что горы Афганистана, где в каждой деревне ребенок умеет стрелять, – это не улицы безоружной и традиционно мирной Праги, и что в отличие от Чехословакии, окруженной преимущественно странами Варшавского договора и оставшейся в политической изоляции, в Афганистане Кремль столкнется с мощным противодействием как Запада, так и ряда мусульманских стран.

Несмотря на лавину похоронок, советский народ в доперестроечный период относился к войне с пониманием. В 80-е мне часто приходилось слышать рассуждения рядовых граждан о том, что "если не мы возьмем этот Афганистан, то Америка возьмет". Однако эта стратегия оказалась ложной. По иронии истории, Афганистан попал в сферу приоритетных интересов Соединенных Штатов только после и только в результате советского вторжения. По той же иронии вооруженное сопротивление агрессорам, первоначально носившее преимущественно национальный характер, со временем приняло исламистскую форму, приведя к возникновению и победе, пусть и временной, движения Талибан.

Следуя тому же алгоритму, после первой Чеченской войны чеченские повстанцы трансформировались в джихадистов, а вторжение западных союзников в Ирак закончилось провозглашением ИГИЛа.
Советская казна не вынесла стоимости этой интервенции. Перестройка дала ход крайне негативной информации о том, что происходило в Афганистане, и посеяла в общественном сознании сомнения в необходимости дальнейших военных действий. В результате афганская война стала для советского режима тем, чем война с Японией стала для российской абсолютной монархии. Таков был главный итог этой многолетней и кровопролитной коллизии.

Леонид Сторч, специально для Newsader